3d 6 arrow-left arrow-right arrow attach attention balloon-active balloon-hover balloon booking car chain close-thin close contacts-fail contacts-success credit-cart edit ellipsis email exit eye-open facebook full-screen google_oauth instagram list-alt login mailru mobile-phone more odnoklassniki phone point settings skype twitter viber vkontakte yandex_oauth
a a a a a a a

Литература в объективе

Текст: Диченко Андрей, 17 сентября 2014 1246 3



Фотограф великих писателей Ульф Андерсен про контрасты западного мира и революцию 1968 года в Париже.



Французский фотограф норвежского происхождения Ульф Андерсен всю жизнь фотографирует писателей со всего земного шара. В его портфолио есть портрет Иосифа Бродского, Чарльза Буковского, Сэмюэля Беккета и прочих людей, создавших современное литературное слово. В интервью relax.by Ульф рассказал, в чем разница между Европой и Америкой, какой интерес для него представляет Восточная Европа и почему с писателем так сложно подружиться.



— Ваше кредо, которое превратило вас в фотографа международного уровня — это фотопортреты писателей. Сейчас у вас их уже более 3 тысяч в портфолио. Скажите, пожалуйста, кто-нибудь из этих трех тысяч стал вашим другом?

— На самом деле у меня был один случай, когда я долго общался с одним из французских писателей и он пригласил меня на свадьбу сделать его фотографии. Не могу сказать, что мы были друзьями, но так получилось, что он пригласил меня в качестве гостя и, получается, фотографа. Когда я там присутствовал, это были очень странные ощущения, хоть и был я у него совсем недолго. Впрочем, отношения с этой женщиной у него тоже были не столь долгими. Есть ли в этом некий символизм, я не знаю. Но после этого наше общение просто-напросто сошло на нет. Вообще, делать фото человека — это не повод, чтобы становиться друзьями.

— Отличается ли класс писателей от людей прочих профессий и увлечений?

— Да, здесь есть один момент. Несмотря на то что писатели — это люди, которые много путешествуют, к ним бывает очень сложно достучаться. Многих авторов книг мне приходилось очень долго уговаривать для всего-то одной фотографии.

  __________________

Америка — поле экспериментов. Там много людей не задают себе рамок и ограничений. Европа все же более классическая

— В какую наиболее далекую точку земного шара вы отправились за фото?
— Япония. Я приехал в Японию на выставку по приглашению Французского института в Токио. Разумеется, воспользовался шансом встретиться с японскими писателями. Правда, несколько из тех, кому я написал, сослались на занятость и болезни. Но двоих мне все же удалось сфотографировать. Япония удивительная страна. Я должен был там находиться пять дней по программе института, но остался еще на неделю, чтобы просто познакомиться с ней поближе.

— Понятно, что большинство авторов у вас из Франции. А какая страна на втором месте?
— США. В США просто громадное количество авторов. К тому же они зачастую находятся в Европе и с ними можно встретиться и на своей территории.


— В чем, на ваш взгляд, культурологическая разница между США и Европой? Вроде как и то и то — западный мир, но все же дистанция свое дело делает…

— В Америке творческие люди защищены множеством различных агентств и компаний, которые занимаются вопросами их авторских прав, приватности и доступности. В Европе в этом плане все намного проще. Америка — поле экспериментов. Там много людей не задают себе рамок и ограничений. Европа все же более классическая.

— Современная Франция пригодна для творчества?
— Сейчас очень сложно с этим. 50 лет назад все было совсем не так. Да даже 10 лет назад все было проще. Текущее поколение людей мало интересуется искусством и литературой. Поэтому люди, занятые в этой сфере, просто не вкладывают туда деньги. Я знаю многих талантливых людей, которые будь они трижды гениями, получат отказ от издательства по причине нерентабельности такого занятия.

— Было ли у вас желание поэкспериментировать в поэзии или литературе?
— В детстве было дело. Я был юным, жил с родителями в Норвегии и мечтал написать большую книгу про викингов. Но, написав пару страниц задуманных мною эпопей, я это дело бросил. Кажется, тогда мне было 12 лет. Больше в сознательном возрасте о создании собственной литературы я не задумывался.

  __________________

Я знаю многих талантливых людей, которые 
будь они трижды гениями, получат отказ от
издательства по причине нерентабельности
такого занятия

— В свое время я сам был большим фанатом норвежской Black Metal культуры. Вам что-нибудь интересно из современной культуры родной вам Норвегии?
— Я люблю криминальные романы скандинавских писателей. Если вы про музыку, то я большой поклонник джаза. И к джазу я отношусь очень щепетильно. Слушаю группы, скорее, не из Скандинавии. Что там сейчас на музыкальной джазовой сцене происходит — я даже и не скажу сразу.

— Чем привлекательна Восточная Европа для вас?
— Мне интересны русско-советские писатели, которые из-за режима были вынуждены покинуть страну и осесть во Франции. Андрей Синявский, Виктор Некрасов, Владимир Максимов, Владимир Буковский… Они же все жили у нас, поэтому всегда можно было найти время и пообщаться с ними. Жаль, что так мало сегодня переводят вашей литературы на французский язык. Из-за этого сложно за чем-то следить у вас.

— Холодная война между СССР и Западом чем вам запомнилась?
— Запомнилась! Когда я был студентом, это, кажется, был конец 1960-х, у нас в прессе постоянно писали, что у русских сейчас столько танков… Что если они захотят, то за три дня будут в Париже и ничего с этим не сделаешь. А потом еще пугали ядерным советским оружием. Помню, что было ощущение страха. Страха войны, из которой никто не выйдет победителем.


— В конце 1960-х случился в том числе и Красный май в Париже. Принимали ли вы участие в волнениях студентов и вообще, какое это было время?

— Отдельная история. Мы тогда жили за городом, в паре километров от Парижа. Повсюду были митинги и блокпосты, из Парижа никого не выпускали и не впускали. Единственное, поезда возили рабочих на работу и с работы два раза в день. Я тогда, несмотря на запреты своих родителей, ездил фотографировать митингующих студентов. Но помню, что в те дни родители даже думали о том, чтобы вернуться в Норвегию. Все думали, что со дня на день начнется гражданская война.

— Сами вы себя считаете норвежцем или французом?
— Французом. Думаю на французском языке. Иногда летом я езжу в Норвегию, там сейчас живут мои родители. Вот потом замечаю, что после поездок в Норвегию начинаю переключаться на некогда родной язык. Месяц мне для этого требуется.

— Не могу не спросить напоследок, как вы себя чувствуете в Беларуси?
— Вы знаете, сейчас в Париже все только говорят о политике. Кругом одна политика. А мне это все так надоело, что вырваться на пару дней к вам для меня оказалось просто подарком. У Минска и Парижа есть одна общая черта — у нас и у вас много серых зданий. Но в Минске из-за широких улиц на ваши здания проникает очень много света. От этого ощущаешь себя позитивно. Да и всегда приятно отвлечься от всей этой рутины.

Фото Ульфа Андерсена можно посмотреть на его личном сайте www.ulfandersen.photoshelter.com


Выставка фотографий Ульфа Андерсена проходит по адресу: площадь Свободы, 15 напротив городской ратуши Минска до 20 сентября включительно.

Сэмюэл Беккет



Уильям Берроуз



Хорхе Луис Борхес



Иосиф Бродский



Чарльз Буковски



Габриэль Гарсиа Маркес



Александр Солженицын

Журнал выражает благодарность фонду «Идея», журналу «Я» и посольству Франции в Беларуси за организацию интервью.

Фото: Маша Миранович

Персона: певица Вика Подвербная Дорогу молодым!