3d 6 arrow-left arrow-right arrow attach attention balloon-active balloon-hover balloon booking car chain close-thin close contacts-fail contacts-success credit-cart edit ellipsis email exit eye-open facebook full-screen google_oauth instagram list-alt login mailru mobile-phone more odnoklassniki phone point settings skype twitter viber vkontakte yandex_oauth
a a a a a a a

Шизофреники с улицы

18 апреля 2014 2160 1

19 апреля в кинотеатре «Центральный» стартуют показы программы III Международного фестиваля короткометражных фильмов «Cinema Perpetuum Mobile». В этом году фестивальная программа представлена 150 фильмами из 80 стран-участниц. Гостей ждут авторские работы из Франции, Испании, Бразилии, Ирана и других стран, а также фильмы белорусских авторов. Сами показы пройдут не только в Минске, но и в областных центрах и крупных городах страны: Бресте, Могилеве, Мозыре, Гомеле…

Сегодня СРМ — достаточно известное явление в культурной жизни страны, но мало кто знает, как это явление создавалось и как функционирует. Накануне открытия фестиваля relax.by пообщался с председателем оргкомитета и автором идеи СРМ Александром Мартынюком и одним из координаторов фестиваля Анной Роженцовой.  


— А как мы назовем нашу операцию? — А давайте «Ы»!


relax.by: Саша, Аня, расскажете предысторию появления СРМ?

САША: Все начиналось с любительских показов Kinaklub.org в Городской художественной галерее произведений Леонида Щемелева, а часто и обычных квартирных просмотров. Именно эти люди и разработали основные принципы киноклуба: самоорганизация, взаимопомощь, открытость, прозрачность и децентрализация. Тусовка киноклуба была совершенно открытой: любые показы предполагали дискуссии и обсуждения, а когда появилось помещение свободного арт-пространства «La mora», эти принципы перенеслись на кинопоказы в этом месте.

Но мы в Kinaklub.org не только делали первые показы, но и сами снимали фильмы, организовавшись в кинокооператив. Эти фильмы мы тоже показывали и обсуждали, познавая сферу кино и самообразовываясь. Можно сказать, что это было больше похоже на киноведческие курсы, но мы называли это кинолекторием, чтобы не было лишних вопросов с показами без авторских прав и всего остального. Со временем в людях стала зреть идея некого венца наших инициатив. Например, провести пробный фестиваль кинокооперации. Ведь, в общем, что такое кинокооперация? Люди собираются и снимают что-то на определенную тему. Для фестиваля задача была та же, но с участием людей из стран-соседей. А тема для съемки родилась как-то сама собой — perpetuum mobile, вечный двигатель.

relax.by: Но perpetuum mobile — это некое абстрактное явление, которое многие пытались найти или изобрести, но, фактически, никто так и не смог это сделать. Как такую метафору понимать в названии фестиваля?

САША: Да никак.

АНЯ: Но это же ты придумал — теперь отдувайся!

САША: Это как в советском фильме: «А как мы назовем нашу операцию?» «А давайте «Ы» «А почему «Ы»?

АНЯ: Это из космоса!

1 /


relax.by: Возможно, к третьему фестивалю космос выдает более четкое объяснение выбора?

АНЯ: Каждый фестиваль — это эксперимент. Эксперимент формы, эксперимент идеи. До этого момента СРМ полгода жил предпросмотрами, которых было 32. Вместе со зрителями мы отбирали фильмы и только после приступили к основной подготовке. Фактически, это целый год работы. А ведь она началась сразу после окончания второго СМР. Так вот и получается, что СРМ — практически вечный фестиваль. У нас же ещё идут и просмотры по регионам, в других странах, на других континентах. Везде и постоянно. Фестиваль вечно двигается и никогда не останавливается.

САША: Ко всему срабатывает и принцип самоорганизации, который предполагает как бы вечное существование явления. Когда уходят главные идеологи и организаторы чего-либо, всё вроде должно загнуться, как это происходит со многими движухами, а СРМ все никак не загибается, хоть очень много людей и ушло из оргкомитета. Это как дворовой футбол: все в него играют, но кто его организовал — не понятно. СМР — это такая штука, в которую можно играть не только в каких-то конкретных городах, но и в селах, деревнях, аулах. Мы сейчас делаем сайт как платформу, чтобы человек, например, в Гондурасе, у которого есть всё, чтобы провести фестиваль, мог нажать несколько кнопочек, и всё заработало. Чтобы у него уже всё было готово: программа, свой член жюри.

relax.by: Самоорганизация и децентрализация в организации процесса звучат как минимум романтично. Но если смотреть реально, есть ли контроль со стороны негласных лидеров?

АНЯ: Чем человек больше делает, тем у него больше авторитета. Если ты предлагаешь, но ничего не делаешь, ты автоматически вылетаешь из процесса.

САША: Это можно сравнить с моделью форума: если человек работает, у него есть баллы, опыт, доверие. А перестает — всё, нет ничего. За такими людьми инициатива, они тратят свое время, координируя мероприятие. Значит, они и становятся главными и несут за это ответственность.

АНЯ: К таким людям прислушиваются, но всё это личный выбор, который приводит к личной ответственности.

САША: Чем больше у тебя ответственности, тем больше затраты личного времени.

«Первый фестиваль был сродни пробиванию стены головой»



relax.by: Тяжело было с первым фестивалем?


АНЯ: Идея сделать фестиваль появилась ещё 2010 году, но только в 2011 мы стали что-то делать, чтобы в январе 2012 года состоялся первый «Cinema Perpetuum Mobile».

САША: Первый фестиваль был сродни пробиванию стены головой. Мы звонили в кинотеатры, а там бросали трубку. Но это и понятно: кто мы были такие? В первый раз только кинотеатр в «Rubin Plaza» стал единственным кинотеатром, который согласился с нами сотрудничать. Все другие отказывали.

АНЯ: Почему тогда было так трудно? Это сейчас все привыкли, что молодежь шевелится и предлагает какие-то идеи: улица Карла Маркса, Минский форум уличных театров… Госчиновники начинают привыкать, что реально можно доверять людям, взявшимся ниоткуда, которые на энтузиазме делают что-то. И причина тут не в политических явлениях: три года назад было мало подобных инициатив и, соответственно, мало было доверия. 


САША:
Большой старт первому СРМ дали показы, на которые пришел тогдашний руководитель Белвидеоцентра Юрий Игруша. В начале 90-х годов он организовал первый кинокооператив в Беларуси, а в 80-х с коллегами провел фестиваль любительского кино. И вот он случайно узнал, что в галерее Щемелева есть киноклуб, и познакомился с Денисом Шеко. Позже и мы все познакомились. Можно сказать, что он дал нам «крышу» для госструктур — это было обычное письмо, которое объяснило, что мы не люди с улицы.

«В Беларуси авторы короткометражек — это либо люди богемные, либо фрики какие-то. Но в мире многие люди именно так и снимают кино»


relax.by: А как ваш фестиваль стал международным?

АНЯ: Оказалось, что у Веры Антиповой есть знакомые фильммейкеры из Польши, которых решили подключить. А потом появилась идея делать именно международный фестиваль. Мы разделили мир на части и стали спамить всем киношколам.

САША: Кто-то писал в западную Африку, кто-то — в центральную, а кто-то Пакистан с Бангладешом курировал. Были кураторы и для Кубы с Северной Кореей.

relax.by: Был фидбэк?

АНЯ: Из всех писем только 5 % откликнулось.


relax.by: Жюри таким же образом нашлось?

АНЯ: Да! Писали всем, что мы вот такие клевые и делаем в Беларуси фестиваль, о принципах своих писали. И находились люди, которые занимаются полнометражным кино как бизнесом, но именно с короткого метра начинали и поддерживают наши принципы. В Беларуси авторы короткометражек — это либо люди богемные, либо фрики какие-то, а в мире многие именно так и снимают кино.

САША: И в первом, и во втором, и в третьем фестивалях конкурсный отбор проводился на основании предпросмотров. На основании баллов и оценок этих предпросмотров формируется конкурсная программа, фильмы для которой отсылаются нашему дистанционному жюри, которые ставят уже свои оценки.

relax.by: А что из себя представляет система оценки? Есть определенная шкала и критерии?

АНЯ: Сначала мы собирались друзьями киноклуба и оргкомитета — это киноманы, которые много смотрели кино и могут выставить свои оценки. Но недавно мы поняли, что эта система несовершенна, и сделали предпросмотры для привлечения новых людей. Не киноманов, а всех желающих. Люди стали приходить разные и оценки ставили разные: от 1 до 10.
Ещё позже мы включили в вычисления две оценки — дисперсию. Часто же бывает такое, что ум думает: «Фильм — отстой», а сердце — тянется и все тут. Или когда после просмотра появляются очень противоречивые чувства, которые не возможно конкретно оценить. Ну что тут делать тогда? Ставят и 2, и 9, а мы уже подсчитываем среднее арифметическое.
После каждого просмотра оценки суммируются, делается ещё одно среднее арифметическое, которое и показывает, какой фильм на каком месте. Ну и каждую неделю рейтинг объявляется.

relax.by: И многих интересовали эти цифры?

АНЯ: Да, люди сидели и следили, мол, вот этот фильм мне понравился, на каком он месте сейчас? Я же поставил ему 10, а почему он на 5 месте?


САША: Вся информация постоянно обновлялась на сайте. Плюс, завели анкету «возраст, род занятий» для предпросмотров. А еще с первого фестиваля у нас есть анкета, которая диагностирует синефилию у человека. Каждый пишет, кто он: киноман-любитель, просто случайный человек или синефил. Мы хотели по этим результатам сделать программу для синефилов и программу «Розовые сопли».

relax.by: Даже так?


САША: Оказалось, что к нам приходят разные люди. Вот была девочка 17 лет, которая написала, что она киноман с опытом. А любимые фильмы — «Реальная любовь»…

«А на улице — эта серость автозаводская, которая либо под себя подогнет, либо будет усреднять, как может»


relax.by: А такие как к вам приходят?

САША: Через анонсы бесплатных мероприятий в интернете. И это хорошо, что она пришла. Ведь организаторы и идейные вдохновители киноклуба познакомились между собой в школе на клубе «Что? Где? Когда?». Это же великое дело, когда детям-интеллектуалам дают возможность общаться между собой. Они же сидят по домам в книжках, а на улице — эта серость автозаводская, которая либо под себя подогнет, либо будет усреднять, как может.

relax.by: Так «Розовые сопли» — это спецпрограмма для тех, кто не попал в «Что? Где? Когда?»?

САША: Это такая киноманская или даже киноведческая штука: как люди воспринимают кино. Но от идеи мы этой отказались: ранжирование по группам у нас не верифицировано. Человек может относить себя к синефилам, а на самом деле таким не являться. 


АНЯ:
Поэтому и решили, что все могут оценивать: и синефилы, и люди с улицы. Но оргкомитет всегда может влиять на какие-то решения.

relax.by: Право киновето?

АНЯ: Ну, если мы видим, что фильм на самом деле интересный, а на предпросмотр пришло всего, например, пять подростков, да ещё и поставили оценки 4-5, то такой фильм мы можем включить в неконкурсную программу. Но смысл все равно остается в том, что люди сами принимают решение. Это такая демократическая штучка, чтобы показать людям, что они могут что-то решать.

САША: Есть кино профессиональное, где есть эксперт, рейтинговость, где решение принимается закрыто. А здесь — открытость.

«Листападовцы либералы, а мы — анархисты»


АНЯ: Если сравнивать нас и «Лiстапад», то методы работы отличаются. В «Лiстападзе» основная работа выполняется людьми, которые получили соответствующее образование, и фильмы отбираются профессионалами — программными директорами. Мы же стараемся сделать народный фестиваль. У нас организаторы — люди, которые просто очень много смотрели кино, ходили в киноклубы.

САША: Такие шизофреники с улицы.

1 /


relax.by: Т.е. вы протестуете против системы?

САША:
Возможно. Скажем, «Лiстапад» – фестиваль систем и образцов, а СРМ – это антисистемный и внесистемный фестиваль, зеленая полянка, где каждый может быть субъектом действия, попрыгать и побегать с мячиком.
Кстати, если все представить в виде пьесы «Кино в Беларуси», то у нас будет два персонажа антагониста — «Лiстапад» и СРМ. Мы противоположности.

АНЯ: У нас разные принципы отбора фильмов, работы со зрителями. Образно выражаясь, листападовцы либералы, а мы — анархисты. Сейчас понятие анархизм вызывает много негативных ассоциаций, но на самом же деле анархисты — это общество с самоорганизацией и отсутствием капитализации. Вот мы хотим коммуникации с людьми, хотим социально влиять на общество и пространство.

relax.by: Было такое, чтобы СРМ сравнивали с другими фестивалями? Не называли ещё подпольной или детской версией «Лiстапада»?


АНЯ: Было время, когда СРМ подпольничал. Но мы настроены на развитие отношений с кинотеатрами. А что до сравнения, то должны же быть разные фестивали. Давайте подсчитаем: «Лiстапад» — полнометражное кино, СРМ — короткометражное и One Short Film Fest. Получается, на всю страну два международных фестиваля! Хорошо, если люди будут привыкать, что мы есть, и будут сами двигаться, что-то организовывать. Мы точно не станем шипеть, мол, о-о-о, наши конкуренты, нас слизали.

«Не было бы кино, делали бы что-то другое»



relax.by: На вашем сайте написано, что фестиваль — социальный проект. Что в этой формулировке: дань мейнстриму либо реальное определение того, что вы делаете?


САША: Мы пришли к пониманию, что наш фестиваль — это не искусство ради искусства, которые делается и должно делаться профессионалами в сфере киноискусства. СРМ прежде всего социальное действие, а кино здесь выступает средством или инструментом. Не было бы кино, делали бы что-то другое. Мы недотягиваем до профессионального мероприятия в этой сфере, поэтому называем вещи своими именами.

relax.by: Значит, главное не термины, а результат?

АНЯ: Мы видим, что некоторые люди не всегда понимают, что мы делаем. Например, БелТА назвала нас фестивалем видео-арта. Да, его мы тоже показываем, но мы не фестиваль видео-арта. Люди пытаются найти термины и названия, которые им понятны. Всё как на профессиональных кинофестивалях, где кинокритики, жюри, которые должны пройти по ковру. К нам существует двоякое отношение, да и присматриваются все еще. «Независимое, говорите? Ну да, вроде как не оппозиция. Но вы же и не профессионалы. Кто вы вообще такие?». 


relax.by: Определение «независимое» пугает тех, с кем вы пытаетесь сотрудничать?


САША: Когда общаешься с официальными структурами, о независимости говорить не нужно. Это же красная тряпка.

АНЯ: Независимое — не в политическом контексте, а в плане формы, эксперимент социальных образований.

САША: Когда говоришь «независимое кино», всегда же возникает вопрос: не зависимое от чего или кого? Поэтому в этой ситуации может это не совсем удачный термин. Как принято понимать: независимый — это, прежде всего, свободный от идеологии, от конъюнктуры и от коммерческой цензуры. Поэтому в нашей ситуации я предлагаю говорить о самостоятельном кино, о кино самостоятельных авторов.

«Мы прежде всего смотрим на идею и качество съемки»



relax.by: А вам присылали очевидно провокационные видео?


САША: Агиток крайне мало. Были фильмы о войне в Сирии, Косово. Но они не представляли никакой художественной ценности, и просмотрщики это понимали и не оценили их высоко. А был у нас фильм о Давыд-Городке. Вот он, махровый такой, шикарно бы вписался в трансляцию одного из телевизионных каналов, но люди сами все видят.

АНЯ: Но в то же время мы берем фильмы, которые могут быть сняты на официальной площадке — «Белорусьфильме». В белорусской программе у нас есть фильм, который снимался как раз на «Беларусьфильме». И в то же время мы берем фильм, который продюсировался правозащитниками.

relax.by: Не упрекали в лоббировании оппозиционных видео?

АНЯ: О каком лоббировании идет речь? Режиссер подал заявку и все. Мы не смотрим, мол, этот из государственной структуры, значит, берем, а из другого лагеря — не берем. Мы прежде всего смотрим на идею и качество съемки.

relax.by: А не боитесь, что с вами может случиться «ремонт», как это было на «ПлаSтформе» со спектаклем «Чайка» театральной лаборатории «Fortinbras»?

САША: А уже было такое. В прошлом году мы решили проводить фестиваль в регионах. И у нас были показы в одном из областных центров, где как раз везде и прорвало трубы. Закрыли кафе и кинотеатр, где была куплена почти половина билетов, и показали «Анну Каренину», хоть везде был анонсирован СРМ. Ещё в одном городе к организатору подошли «хлопцы ў трэниках», такого бандитского вида товарищи, и объяснили, что, мол, не с теми связалась…

relax.by: Удивительно, что пресса промолчала.


САША: К нам обращалась пресса, но мы попросили шумиху из-за этого не поднимать. У нас же одновременно были показы и в Витебске, и в Мозыре, и в Могилеве, и в Бресте… Пошла бы цепная реакция и — конец.

«Мы не машем ломом с первого знакомства, мы делаем такие вот джиу-джитсу»


relax.by: А в этом году ситуация повторилась?

САША: Мы не машем ломом с первого знакомства, мы делаем такие вот джиу-джитсу. Мы разработали целую операцию по захвату таких городов: составили очень выдержанное заклинание — не подкопаешься. И система постепенно рассыпается!

АНЯ: Зачем нам нужен черный пиар в стиле «Ай-ай, нас запрещают и притесняют!». Нам нужно провести фестиваль, в конце концов! Для нас важно сделать фестиваль, чтобы он был и жил. А ещё хочется, чтобы, если нынешний оргкомитет отошел от организации, фестиваль все же существовал.

САША:
Фестивали — это же платформа встреч. На самом деле: как создается кино? Должны встретиться режиссер, оператор и сценарист. Не все же люди умельцы на все руки. Нужно, чтобы режиссер и со зрителем встретился, чтобы понял, что его смотрят.

relax.by: Эти мысли вас подтолкнули включить лекции и семинары в программу СРМ?

АНЯ: Помимо конкурсной и внеконкурсной программы, у нас будет отдел мастер-классов, отдел показов с дискуссиями и встреча-презентация. Последнее — это встреча с представителем польского фестиваля «ZUBROFFKA» в Белостоке. Можно сказать, что это попытка познакомить белорусских режиссеров с представителями зарубежных фестивалей. Правда, Польша не такая уж заграница, но в этом плюс: люди без особых проблем могут поучаствовать. Плюс этого фестиваля ещё и в секции «Восточное окно»: организаторы специально отбирают кино из восточной Европы. Так почему не встретить две заинтересованные стороны?
Второе направление — мастер-классы, которые посвящены новым формам и методам съемки кино. Приедет независимый режиссер из Франции, который покажет, как создать немонтажный фильм, и будет ещё мастер-класс по живому кино. На эти мероприятия вход бесплатный.

«Мы не собираемся делать собрание в стиле «ай-ай, как все плохо». Просто пообщаемся, попытаемся понять, как разобраться с этими проблемами»



relax.by: А что за секция «Человек в XXI» веке?


АНЯ: Темы наших дискуссий и показов сами по себе вылились в определенную тему — человек в XXI веке. Мы взяли темы обсуждаемые, которые нужно серьезно осмысливать, знакомиться с проблемами и вопросами, узнавать мнение людей. И особенно удобно это сделать через очень лаконичный жанр кино. Поэтому у нас будут показы фильмов на гендерную тематику, обсудим явление эмиграции, вопросы социализации людей с ограниченными возможностями и тему отношений. Но это не значит, что обсуждаться будет только тема гомосексуализма! К нам придут эмигранты, родители детей с ограниченными возможностями, а также парень с синдромом Аспергера — это легкая степень аутизма. Мы не собираемся делать собрание в стиле «ай-ай, как все плохо». Просто пообщаемся, попытаемся понять, как разобраться с этими проблемами.

relax.by: Но какой-то модератор на обсуждении присутствовать будет?

АНЯ: Будет. Это не совсем доктор наук или эксперт, но человек, который разбирается в ситуации и понимает обсуждаемую тему. Безусловно, фактического решения через дискуссию мы не найдем, но вот познакомить с темой — это реальная цель.

«Остальные работы просто не прошли по баллам»


relax.by: Кажется, самое время поговорить об основных программах СМР.

АНЯ: Конкурсная программа состоит из четырех секций: игровой, анимационной и документальной. У каждой секции свои координаторы, которые любят и понимают эстетику данного жанра. Я, например, координирую документалисткику, т.к. работала с этой секцией на «Лістападзе». В программы включаются все фильмы с самыми высокими баллами, с небольшими коррективами от жюри.

Внеконкурсная — фильмы с меньшим количеством баллов либо те, которые зрители недооценили, не заметили, а мы очень хотели включить. Такие вот недооценки часто в анимации были: зрители включали немного попсовые работы. Но когда человек чаще приходит, появляется определенная насмотренность, он постепенно становится киноманом и понимает, что «а вот этому фильму я поставила 10, а оказывается, это штамп». Опыт нарабатывается со временем. Плюс наши внеконкурсные программы — фильмы на границе стилей и жанров: программа сюрреализма с авангардным музыкальным сопровождением Виктора Семашки, программа «Дзен/трэш». Это фильмы, которые вырывают тебя из реальности, но заставляют задуматься. Трэшем может быть плохо снятый фильм, а дзен — фильмы, настраивающие на медитацию, на открытие чего-то нового, а не просто развлекалово.

Из внеконкурсного у нас еще экспериментальная и белорусская программы.


relax.by: А почему белорусская программа стоит вне конкурса?


АНЯ: Среди белорусских авторов большая конкуренция, но в конкурсную программу попали только две анимационные работы. Это очень качественные фильмы, которые признали и на других фестивалях. А остальные работы просто не прошли по баллам.

Но мы подумали: какой смысл в фестивале, который проводится в Беларуси и не показывает свое кино? Много режиссеров снимает в стол, а зачем? Нужно показывать, чтобы люди узнавали, интересовались, а режиссеры продолжали снимать. Так и родилась белорусская многожанровая подборка.

Часто я как координатор и этой секции задавалась вопросом: «А что такое белорусское кино?» Это кино о белорусах, кино, снятое в Беларуси, или которое снято о белорусах, живущих за рубежом, или это кино, снятое эмигрантами из Беларуси? Так вот, в нашей программе все фильмы связаны с Беларусью. Поэтому я очень активно призываю людей приходить именно на эту секцию. Часто, конечно, белорусское кино, как первые стихи, — меланхолия и сплошное уныние, но в нашей программе есть реально новые формы и идеи.

relax.by:
Но рано либо поздно будет белорусская программа конкурсной?

АНЯ: На нынешнем фестивале мы сделаем голосование зрителей за лучший белорусский фильм, результаты которого мы объявим на закрытии СРМ. Раз белорусское кино снимается для белорусского зрителя, пускай он и выберет лучший фильм. А включать ли в конкурсную… Вот две анимации были действительно достойные, плюс по голосованию прошли в программу.

У нас хорошая школа документального кино, анимация живет благодаря Михаилу Тумеле и его коллегам, но с игровым кино беда. Вот фильм Сергея Колосовского, который был снят в Польше, показывает, каким могло бы быть игровое кино Беларуси, если бы наших людей со своими взглядами и идеями научили хорошо снимать.

«Первый мокьюментари в коротком метре, который показывается в кинотеатре Беларуси»



relax.by: Ну вот «Лістапад» позиционируется как фестиваль игрового кинематографа. Так почему фестиваль у нас есть, а игрового кино, по сути, и нет? Современное игровое кино в Беларуси — это миф?


САША: Сейчас стирается грань между жанрами. Современная документалистика все чаще демонстрирует элементы игрового кино, а в том же игровом кино используются элементы хроники.

АНЯ: Есть даже жанр, который обозначил это явление – мокьюментари. Документалистика плавно перетекает в игровое кино или наоборот. Кстати, у нас в документальной секции есть один такой фильм, который мы покажем 22 апреля.

САША: Это, наверное, первый мокьюментари в коротком метре, который показывается в кинотеатре Беларуси.

relax.by: Но выход же, наверное, из ситуации есть?

САША: Есть два примера: Украина и Россия. У украинцев есть доступ к европейским программам по грандовому финансированию фильмов, а режиссеры испытывают сильное влияние европейского арт-хауса. Их фильмы хорошо финансируются, получают хорошую техническую базу. А что касается России — к нам каждый год все больше поступает фильмов, продюсируемых независимыми центрами. Продюсеры заинтересованы этим жанром, вкладывают в него деньги и занимаются продвижением на фестивальном рынке Европы.

АНЯ: У нас же институт продюсирования не развит. Я знаю людей с интересным виденьем тем и желанием снимать. Но у них нет денег. Да и нет у нас школы преподавания. Давайте привлекать российского, литовского или польского режиссера, который научит нашу молодежь снимать, а то ребята в вузах учат кучу всего, а практики у них совсем нет.

«Это же дорогущий фестиваль!»



relax.by: А в отношении СРМ были ли подвижки финансовой помощи со стороны каких-нибудь организаций или центров? Или только волонтерская помощь?


АНЯ: Некоторые жертвуют таким важным ресурсом, как время, ну а некоторые — деньгами. Вот сайт наш, например, находится на платном домене, делается и содержится нашими программистами за их личные средства. Друзья часто с полиграфией помогают.

САША:
У нас в прошлом году был между собой такой краудфандинг: собрали определенную сумму. Хотя как сказать? Вот у нас есть мероприятие, где за аренду конкретного помещения нужно заплатить. Вот мы общим фондом и оплачиваем. Либо нужно распечатать афиши или гостя покормить — кто и чем может.

relax.by: Значит, Википедия врет, утверждая, что бюджет СРМ равен нулю.

САША: Бюджет есть всегда. Даже наша встреча — определенный бюджет. Просто как понимать, что такое бюджет? Если понимать как финансирование извне, как у «Лістапада», то это внешнее финансирование. Его у нас нет. А внутреннее… Если посчитать все те человеческие ресурсы, время — это же дорогущий фестиваль!

АНЯ: Золотой.

САША: Платиновый! В первый год, когда мы искали финансирование, нам все показали дырку от бублика. Как и во второй.

relax.by: А в третий?

САША: Даже не пытались.

АНЯ: Мы задумываемся, что было бы хорошо поучаствовать в нормальных ксошных (корпоративно-социальная ответственность — авт.) грандах от компаний. Это нормальные и официальные гранды, но мы просто поняли, что спонсорам нужен понятный результат. Они так не будут давать деньги на ветер. Это как с информационными партнерами. Перед первым фестивалем мы обратились к тутбаю, но нас, конечно же, отфутболили. Но при этом после фестиваля они вдруг позвали Сашу и Веру на их программу. Теперь у нас очень много информационных спонсоров, потому что они понимают, что фестиваль знают, ходят даже в кинотеатры.

«В нас поверили. Поверили, что мы сможем собрать зал в 160 человек»



relax.by: Кстати, как вы с кинотеатрами подружились?


АНЯ: Первый год сложно было пробиться, во второй год пустили в бар-«предбанник» «Центрального», а теперь даже в зал пустили.

relax.by: А как выбили-то этот зал?

АНЯ: Провели хорошо второй фестиваль. Показали, что мы адекватные люди, можем сделать хорошую программу, на которую придут зрители. Нам поверили. Поверили, что мы сможем собрать зал на 160 человек. Мы думаем, что, в принципе, должно получиться.

relax.by: А билеты уже в продаже? Как и где их можно приобрести?

АНЯ: Знаю, что в Синемаскопе в «Ракете» можно купить через bycard, как и в кассах. И в «Центральном» тоже есть билеты. Подчеркну, что в прошлом году мы повторяли программы, в этом решили так не делать, чтобы показы не пересекались, и чтобы люди успели посмотреть всю программу в разных точках

relax.by: Расскажите, чего ждать от сегодняшнего открытия «Cinema Perpetuum Mobile»?

АНЯ: Открываться будем в «Цехе» 18 апреля, в 19.00. Вход будет платный — 30 000 рублей. Это такая попытка «отбить» хоть немного денег. Мы чуточку расскажем о фестивале, покажем фильм, который набрал самые высокие баллы по предпросмотру, послушаем скрипача-лупера Дмитрия Катечева, группы «Мамкины бусы» и «She-Wolf». Скажем так, открытие — это такая возможность пообщаться и с нами, и с волонтерами СРМ, и помочь фестивалю копеечкой в 30 000 рублей!

relax.by: И последний вопрос. Как вы думаете, Беларуси нужны независимые фестивали и независимый кинематограф?

САША: Нужны, но белорусы об этом не знают.

Фото: Надя Курайшевич
Текст: Юля Шабловская

Песни года: 2000-й 4 музыканта, которых вам стоило бы знать